*** Memories of Murder, 2003.

Memoires of Murder 2003
Un détective «Memories of Murder» est le deuxième long métrage de Bong Joon-Ho. Le sujet se base sur un vrai épisode des fait-divers coréens.

SPOILER ALERT ON
L’analyse complet de ce film est impossible sans étude du sujet en entier. Donc, c’est fortement recommandé de ne pas lire ce texte avant le film pour ne se priver du sens de l’intrigue et du suspense. De l’autre côté, on doit noté que pour les Coréens, le final était connu et, peut-être, Bong Joon-Ho n’avait pas peur de spoilers.
SPOILER ALERT OFF

1986. Un maniaque agit dans une petite ville dans le nord de la Corée du Sud. La police locale n’a pas de chance de trouver le meurtrier. L’inspecteur Park Doo-man (Song Kang-ho) utilise habituellement les tortures et sa possibilité illusoire de déterminer un criminel juste en regardant attentivement ses yeux. Il cherche en vain le maniaque parmi les imbéciles et les pervers locaux. Evidemment, ses méthodes d’investigation rurales sont impuissantes contre un meurtrier intelligent qui continue d’étrangler et de violer des femmes pendant les nuits pluvieuses. Pour aider à la police locale, le détective Seo Tae-yoon (Kim Sang-kyeong) arrive de Séoul. Choqué par la cruauté de Park Doo-man qui est capable juste de torturer des suspects pour obtenir la confession, Seo Tae-yoon ne s’appuie que sur les documents et une analyse approfondie de la situation. Malheureusement, même ensemble, les héros ne peuvent pas arrêter cette folie meurtrière. Un homme mystérieux non seulement continue ces actes noirs, mais comme pour se moquer, il envoye une carte postale à la radio quelques heures avant chaque meurtre. La brutalité du maniaque et son impuissance tournent peu à peu un flic métropolitain en sadique méfiant qui ne croit plus à aucun document et aucun mots.

Memoires of Murder 2003
En réalité, dix femmes étaient étranglées entre 1986 et 1991 à Hwaseong. Au moment du tournage, le maniaque restait inconnu pour la police — le fait qui transforme le film de Bong Joon-Ho en déclaration politique, comme les films de gangster américains des années 1930. Le réalisateur même finit le film par un gros plan de Song Kang-ho regardant dans les yeux des spectateurs dans une tentative vaine de trouver le meurtrier dans la salle de cinéma. Bong Joon-Ho imaginait que le maniaque pourrait être parmi les spectateurs. En fait, Lee Choon-jae, le vrai tueur, en 2003 était en prison depuis déjà 9 ans — il avait été arrêté pour l’autre crime. De plus, la participation de Lee Choon-jae à ces 10 meurtres n’a été découverte qu’en 2019 ! Néanmoins, le fait, que le nom du maniaque était inconnu pour le moment de la sortie du film, transforme «Memories of Murder» en vrai «Zodiac» coréen. Pour cette raison c’est difficile de ne pas comparer le film de Bong Joon-Ho au film de David Fincher de 2007.
Actuellement, Bong Joon-Ho unit étonnamment deux films de Fincher : «Se7en» et «Zodiac». Le premier donne à Bong Joon-Ho l’idée de l’utilisation de deux détectives très différents : un primitif et un intelligent, un cruel et un humaniste. De même temps, le film coréen est construit sur une évolution réciproque de personnages que Fincher n’a pas. Au fur et à mesure de l’investigation, Seo Tae-yoon perdait sa prévenance et sa brillance métropolitaine. Pendant le final il est prêt à tabasser et même tuer un suspect, même s’il n’y a aucune preuve, même s’il y a un document qui prouve le contraire. La chute de l’un est compensé par le changement de l’autre. Au début du film, Park Doo-man est montré comme un inspecteur active, aimant son métier. Bientôt on comprend que ses méthodes de travail sont au-delà de la critique. En plus de la torture et la fabrication des indices, Park Doo-man utilise la divination au lieu de son propre intellect. Un homme provincial, il croit que le tueur peut être vraiment défini par le regard. Mais vers la fin du film, quand le karma mutile gravement son partenaire pour les tortures, Park Doo-man perd son arrogance et sa confiance en soi. Il trouve la force d’arrêter Seo Tae-yoon de meurtre un suspect et même quitte la profession, se rendant compte qu’il ne peut rien faire face à un criminel aussi intelligent.
Quant à la comparaison inévitable avec «Zodiac», deux réalisateurs ont les enjeux tout à fait différents. Pour Fincher, ayant habité à San-Francisco à l’époque de Zodiac et traumatisé psychologiquement suite à ses menaces, l’enjeu principal, c’est de raconter la version la plus crédible, pour rendre la vérité bien connue. En cours de route, il répond certainement à la question, pourquoi le Zodiac n’a pas été attrapé : à cause de la fédéralisation de la police en Californie. Bong Joon-Ho transforme son histoire du tueur non attrapé en critique large de la société coréenne, pas seulement de la police. Les tortures et les fabrications des indices coexistent avec l’indifférence générale et manque de confiance à la police et volonté de l’aider de la côté des gens ordinaires (c’est provoqué, bien sûr, par la corruption de la police, mais partiellement). Fincher tourne un détective, un film d’enquête. Son collègue coréen tourne une vrai satire, comme tous ses autres films qui ciblent les problèmes de son pays en grande échelle. C’est pourquoi Bong Joon-Ho se permit d’introduire au milieu du film cruel une scène très comique : l’inspecteur Park Doo-man va au bain des hommes pour chercher un homme sans poils pubiens (pas un seul poil pubien d’homme n’a été retrouvé sur les femmes violées). Une telle ouverture d’esprit, associée au travail d’acteur fort de Song Kang-ho et à la décision picturale froide et laconique, rendre le film le meilleur parmi les premières œuvres du réalisateur.

** Marie Antoinette, 2006. La reine maudite

Marie Antoinette 2006
Le titre du film parle de lui-même – l’œuvre de Sofia Coppola est consacré à la dernière reine maudite de la France. Le film suit attentivement les premiers événements de la vie de la princesse autrichienne Marie Antoinette, née Maria Antonia, (Kirsten Dunst), qui ayant seulement 14 ans était mariée au futur roi de la France Louis XVI (Jason Schwartzman). D’abord la vie de dauphine était très difficile – privée de toutes ses choses autrichiennes y compris son chien préféré, Marie se trouve dans le monde de l’étiquette stricte et pas naturelle. Le mari ne s’intéresse pas à sa jeune femme à laquelle il préfère la chasse. La mort de Louis XV (Rip Torn) soulage la vie de Marie Antoinette – étant la reine elle peut maintenant licencier des demoiselles d’honneur strictes et se plonger tête baissée dans la belle vie de toilettes et gourmandises pour faire passer l’amertume de l’absence de la vie sexuelle. Quand sept ans après la rencontre, le roi enfin fait la consommation du mariage (à l’aide des conseils de Joseph II (Danny Huston) – le frère de Marie), Marie était déjà tellement éloignée de la vie de son pays qu’elle n’a pas noté le moment quand elle l’a perdu.

Marie Antoinette 2006
En fait une revue très précise et laconique a été déjà écrite par Alex Masson sur Score : «un numéro spécial de Vogue consacré aux coulisses de Versailles». Il y a vraiment des films où l’ambiance est plus importante que le sujet. Le dernier se développe ici de façon exponentielle — les quatre premières années de Marie Antoinette en tant qu’épouse sont étirées pendant plus qu’une heure, tandis que les dernières quinze années parcourent en 55 minutes, comme si on essaye de trouver les raisons du triste échec au début du voyage. Marie Antoinette, peut-elle gouverner son pays ou le sauver ? Non, et elle définitivement n’essaye pas. Sofia Coppola, peut-elle recréer dans son film la vraie vie de la reine avec les détails historiques ? Non, et elle définitivement n’essaye pas. C’est très difficile de jouer sur le terrain de Kubrick à l’ère postmoderne même ayant Milena Canonero dans l’équipe. Il y a longtemps jeune Milena Canonero a gagné son premier Oscar pour les costumes dans le film «Barry Lindon». Alors elle a créé les costumes de XVIIIe siècle historiquement très précis. Maintenant, en travaillant sur l’autre film sur le XVIIIe siècle, elle donne la liberté à sa fantaisie et crée le monde seulement inspiré par l’époque de Louis XVI. Les couleurs roses très vivantes du décor, des vêtements et de la nourriture accompagnés par la musique moderne doivent rendre l’héroïne plus proche aux spectateurs d’aujourd’hui et montre le prix élevé de l’oisiveté et du gaspillage à l’époque du début de la fin de la monarchie. La beauté et la minutie de la création d’une atmosphère de cet opus visionnaire est charmante. Est-ce que la récitation de la vie d’une reine oisive et infantile doit être à son tour plus profonde qu’une série de tableaux inventives de garde-robes luxueuses anachroniques ? C’est l’autre question. Les lecteurs du magazine Vogue ont également aujourd’hui le besoin et le droit à leur propre vision de l’histoire.

Le cinéma a 124 ans !

Joyeux anniversaire le cinéma !
Voici mon cadeau pour l’art le plus important dans le monde : le film «L’histoire du cinéma».

Сегодня кино исполняется 124 года. По этому поводу я публикую фильм «История кино». Без шуток считаю это самой своей значительной работой на сегодняшний день, даром, что весь фильм — это 2549 кадров. Фильм относится к жанру экспериментального кино, смотреть его можно любым способом, но при одном условии — только на максимально большом экране! Если вам кажется, что вы что-то заметили, скорее всего, это в фильме есть. 16+.
С днём рождения!

«The Constant Gardener», 2005. Врачи без границ

Constant Gardener 2005
Джон ле Карре — живой классик и один из самых серьёзных авторов шпионских романов за последние шесть десятилетий. За столь долгую карьеру ле Карре проявил себя как писатель, чутко реагирующий на изменения мирового политического процесса. Если когда-то он начал с романов о Холодной войне («Шпион, пришедший с холода»), то в 2001 году у британского писателя выходит роман «Преданный садовник», действие которого разворачивается в современной Кении, а главными злодеями становятся фармацевтические компании. Эту книгу четыре года спустя воплотит на экране Фернандо Мейреллес. Рэйф Файнс играет дипломата Джастина Куэйла, который на работе в Кении больше внимания уделяет своим цветам, нежели политической ситуации в стране. Совсем другое поведение показывает его супруга — Тесса (Рэйчел Вайс). Бывшая агрессивная сотрудница Amnesty International лезет с неудобными вопросами к местным чиновникам, и периодически где-то пропадает с местным врачом Арнольдом Блумом (Хьюберт Кунд). Даже беременность не может повлиять на активность Тессы, которая в итоге едет рожать в районную больницу, чтобы на себе испытать все тяжести жизни простых кениек. В результате подобных экспериментов Тесса теряет ребёнка, а вскоре её и Арнольда жестоко убивают местные боевики.
Разбитый горем муж, «домом которого была Тесса» после изучения бумаг покойной принимает решение довести до конца расследование которое вела его жена — она пыталась остановить исследования опасного нового препарата Дипракса, проводимые крупной международной фармацевтической компанией на смертельно больных кенийцах, которые представлялись бизнесменам расходным человеческим материалом. Практически в одиночку Джастину приходится восстанавливать справедливость, перемещаясь по миру, скрываясь от своих коллег и наёмников и подпитываясь неутихающей скорбью от потери жены…

Constant Gardener 2005
Джон ле Карре в литературе идёт за Джоном Хьюстоном в кино — победа над врагом как правило ничего не приносит героям его шпионских романов. В лучшем случае они просто остаются жить. Эта реалистическая обречённость, трезвый взгляд на мир вне рамок приключенческого боевика, с одной стороны, придают силу произведениям ле Карре, с другой — с первых же кадров задают пессимистический тон. Фернандо Мейреллес помещает в начало сюжетного повествования самую жестокую сцену фильма, сразу задавая настроение картины и усиливая зрительские впечатления от последующей нежной сцены любви между героями. Как обычно у ле Карре, мы не увидим погонь и перестрелок. Пистолет возникнет в фильме лишь в самом конце и так и не будет пущен в ход. Оружием героев в борьбе за гуманизм являются документы и изворотливый ум, оружие режиссёра — его актёры, прежде всего. Составленный преимущественно из диалогов и переживаний фильм полностью вытягивает на своих плечах Рэйф Файнс, чья тонкая игра на крупных планах насыщает картину глубоким психологизмом и точно отражает эволюцию внутреннего состояния героя, его перерождение от рядового потомственного дипломата до решительного пассионария, готового умереть за правое дело; его превращение в поистине любящего и внимательного мужа, которое по жестокой иронии судьбы происходит лишь после смерти супруги. В совокупности с чувственной Рэйчел Вайс, пусть даже и быстро исчезающей из экранного пространства, игра Файнса позволяет наполнить шпионский детектив живыми эмоциями и настоящей любовью, а суть основного конфликта — придать картине статус злободневного политического высказывания.
Для Фернандо Мейреллеса «Преданный садовник» является вторым полнометражным фильмом после прекрасного «Города Бога» (2002), где бразильский режиссёр погружает зрителя в факелы Рио-де-Жанейро. Сочувственный гуманизм проявился тогда во взгляде на трущобы изнутри. В Кении же Мейреллес демонстрирует взгляд на трущобы снаружи, через призму людей, для которых обитатели трущоб — лишь мусор, который можно спокойно использовать в своих бизнес-целях. Очевидно, тема эксплуатации современной Африки задела какие-то личные струны в душе автора. Снимает картину Мейреллес вдохновенно, постоянно находя всё новые и новые творческие решения для разных сцен. Первое, что бросается в глаза, — это, конечно, цвет картины. Единое колористическое решение фильма принципиально отсутствует. Цвет становится одним из главных рассказчиков истории, постоянно меняясь в зависимости от драматургического содержания. То мы видим яркие кричащие цвета переэкспонированной цветной плёнки в стиле Тони Скотта (для ряда экстерьеры кенийских сцен), то экран заливает тепло сцен семейной жизни главных героев. Англия, куда после трагедии высылают Джастина, лишив заграничного паспорта, выглядит абсолютно монохромной, серой и мрачной, как и полагается ландшафту фильмов по ле Карре. Кения и Судан в конце фильма, когда герой достигает своей цели и обретает, наконец, свой внутренний рай, очаровывает зрителя розовыми закатами и умопомрачительными по своей красоте пейзажными съёмками, которых так мало было в первой половине фильма. Мейреллес даёт Кении (режиссёр принципиально настоял на съёмках в стране действия романа вместо более привычной и удобной для кинобизнеса ЮАР) ровно столько, сколько нужно, чтобы передать общую атмосферу страны — красота природы возникнет по-настоящему лишь в самом конце, когда будет заслужена героем, а трущобы даются ровно в таких количествах, чтобы мы лишь бегло познакомились с жизнью их обитателей — ведь и главный герой практически в них не бывает. Зато Мейреллес способен одним выразительным движением камеры объединить в пространстве кадра изысканное гольф-поле для разведчиков и дельцов, уходящие до горизонта крыши рукодельных бараков и самолёт, который должен унести героя обратно домой. Один этот кадр дорого стоит, а ведь есть ещё и сочетание разных темпов монтажа для модной трясущейся камеры, творческое использование расфокуса и сверхкрупных планов. Выразительный визуальный ряд картины становится не столько обрамлением сюжета, сколько важным повествовательным средством в этой непростой жизненной драме, про которую самокритичный ле Карре в заключении написал, что «по сравнению с реальностью, моя история такая же неинтересная, как и поздравительная открытка».

«Zodiac», 2007. Доказать нельзя отпустить

Zodiac

Шестой полнометражный фильм Дэвида Финчера описывает события, с которыми режиссёр сам столкнулся во времена своего детства. В его память врезались полицейские, которые несколько недель неотступно сопровождали его школьный автобус в пригороде Сан-Франциско. Тогда-то будущий режиссёр и услышал впервые страшное имя — Зодиак. Именно так прозвал себя серийный убийца, унесший жизни минимум пяти человек в конце шестидесятых годов.
Действие фильма начинается 4 июля 1969 года, когда Зодиак расстрелял из пистолета уединившуюся в машине пару. Следующее аналогичное убийство он совершит в сентябре — на этот раз он будет действовать ножом — а уже через две недели Зодиак застрелит в упор таксиста в пригороде Сан-Франциско. Маньяк работает неаккуратно — убивает женщин наверняка, а мужчины при этом выживают. Однако, словесные описания жертв и случайных свидетелей не дают полиции никаких зацепок. Более того, Зодиак настолько уверен в своей безнаказанности, что рассылает в местные газеты шифрованные и нешифрованные письма с описанием своих планов. Расследованием дела занимается инспектор Дэйв Тоски (Марк Руффало), который постоянно наталкивается на бюрократические препоны, и два сотрудника San Francisco Chronicle — криминальный журналист Пол Эвери (Роберт Дауни-младший) и замкнутый художник Роберт Грэйсмит (Джейк Джилленхол). Среди нескольких сотен подозреваемых находится наиболее вероятный кандидат на роль Зодиака — рабочий Артур Ли Аллен (Джон Кэрролл Линч) — одинокий мужчина, уволенный когда-то из школы за педофильские наклонности и рассказывавший когда-то своему коллеге о предполагаемых убийствах, которые в деталях совпадают с уже совершёнными. Отсутствие прямых улик и отрицательные результаты почерковедческой экспертизы вынуждают полицию оставить Аллена в покое. Расследование заходит в тупик: Дэйв Тоски в итоге со скандалом уходит из полиции, Пол Эвери вскоре после получения угроз от Зодиака спивается и также покидает свою работу. Лишь Роберт Грэйсмит как одержимый, ставя под угрозу свой брак и жизни своих детей, продолжает раскапывать всё новые и новые косвенные улики, которые позволили бы ему доказать, что именно Артур Ли Аллен является легендарным серийным убийцей.

Zodiac

Трудно снимать кино при условии, что зрители знают финал, и финал этот не в пользу главных героев. Зодиак так и не был пойман, и это известный факт. Всё, что может предложить фильм с точки зрения драматургии — изложить историю журналистского расследования Роберта Грэйсмита, по книге которого и писался сценарий, а сам Грэйсмит вместе с Дэйвом Тоски выступил консультантом фильма. Темой работы Финчера становится чудовищная разобщённость общества, которая и не позволила в итоге поймать не слишком-то одарённого психопата, который лезет на рожон: пишет письма, спокойно мимо полицейских патрулей пешком уходит с места, звонит в прямой эфир телепередач. Психопату Зодиаку удобно существовать в обществе одиночек. Первый шифр был вскрыт не ФБР и не ЦРУ, а простой семейной парой, любящей шарады. Ключевой свидетель пришёл в полицию сам, и к его словам с первого раза всерьёз не отнеслись. Часть важнейших косвенных улик добыли журналисты из Chronicle. Как может приблизиться с загадке инспектор Тоски в такой ситуации? Полиция, где он служит, не способна нормально выполнять свою работу не только по причине некомпетентности и разобщённости провинциальных отделов, но и по причине бюрократических проблем — пока прокуратура раскачивалась и выписывала ордер на обыск дома Аллена, он успел вывезти из своего трейлера пару мешков прямых улик, а схожий с убийцей размер обуви и перчаток к делу в качестве улик приобщить нельзя. Дэйв Тоски — единственный из трёх ключевых персонажей, который постоянно находится в кадре со своим напарником, однако этот напарник практически никак не фигурирует в расследовании. Грэйсмит и Эвери часто находятся в кадре одни, отрезанные от своих собеседников монтажной восьмёркой. Фактически движущим стержнем картины становится жертвующий семьёй Роберт Грэйсмит, который с маниакальной одержимостью в течение полутора десятков лет под периодически раздающееся в телефонной трубке тяжёлое дыхание маньяка всё своё свободное время тратит на раскрытие загадки, которая так и не будет решена волею случая — Артур Ли Аллен, отсидевший за время развития событий фильма срок за педофилию, умрёт незадолго до возобновления расследования. Одиночество, некоторая нелюдимость и вера в свою избранность являются объединяющим фактором между самозванным сыщиком и подозреваемым. На этом сходстве и построена молчаливая кульминация фильма, сталкивающая безмолвными многозначительно-кулешовскими взглядами двух главных героев.
«Семь», предыдущий фильм Финчера о маньяке, захватывал зрителя излишне изощрёнными убийствами и напряжённой игрой в кошки-мышки между преступником и полицейскими. Триллер с Брэдом Питтом куда ближе по своей структуре к «Грязному Гарри» (1971), с показа которого в «Зодиаке» сбегает инспектор Тоски, не выдержав голливудской версии поимки Зодиака Клинтом Иствудом. Вместо динамичного действия, предельно сжатого во времени, Финчер в «Зодиаке» погружает зрителя во временно-пространственный лабиринт, заставляя непрерывно прыгать по разным пригородам Сан-Франциско, перемахивая, то через дни, то через года. Бесконечные допросы и поиски (все убийства заканчиваются за сто тридцать минут до конца фильма) проходят в мрачных декорациях. Ласковое калифорнийское солнце ярко светит во время самого из жестоких убийств Зодиака, в то время как практически все остальные сцены разворачиваются или ночью, или в интерьерах, куда плохо проникает солнечный свет. Характерный для Финчера принципиально лишённый ярких красок мир фильма — это потёмки, в которых бродят герои, тщетно пытаясь найти решение одной из самых сложных и в чём-то даже изящных криминалистических загадок США ХХ века. Выстраданное решение, возможно, и не принесет больше света в Сан-Франциско, но уж точно зажжёт огонёк в душе Грэйсмита и Тоски, которые добрались до правды, пусть и недоказуемой.

«Honogurai mizu no soko kara», 2002. Зайку бросила хозяйка

Honogurai mizu no soko kara Hideo Nakata 2002
Под дождём осталась зайка. В принципе, четверостишие Агнии Барто вполне может служить логлайном для фильма Хидео Накаты «Тёмные воды». Картина начинается кадром одинокой девочки, которую не забрали вовремя родители из детского сада, и она неподвижно смотрит смотрит, как под дождём забирают других детей. Девочка Ёсими Мацубара (Хитоми Куроки) вырастает, неудачно выходит замуж — довольно быстро после рождения она уходит от жестокого и бесчувственного мужа. Начинается изматывающая тяжба за право опеки над маленькой Икуко (Рио Канно). Ёсими, чтобы отстоять свои материнские права, надо срочно найти квартиру и устроиться на работу. Квартиру мать с дочерью снимают в старом доме, в котором постоянно протекают потолки. Работа отнимает у Ёсими слишком много времени — порой она вынуждена слишком поздно забирать дочь из садика, что может негативно сказаться на предстоящем суде. В довершение всех бед, Ёсими начинает казаться, что по дому ходит какая-то девочка, а Икуко постоянно приносит домой странную красную сумочку, которую Ёсими каждый раз выбрасывает. Может быть, здесь есть какая-то мистика, а может быть, просто дают о себе знать старые неврозы — когда-то Ёсими редактировала очень жестокие и мрачные книги, что подорвало её психическое здоровье. А пятно на потолке всё растёт и растёт, а вода всё капает и капает из пустой квартиры наверху, как будто бы в старой китайской пытке, всё приближая момент столкновения беззащитной матери с изощрённым коварством потустороннего мира.

Honogurai mizu no soko kara Hideo Nakata 2002
Когда-то самый красивый дождь в японском кино снимал Акира Куросава. Теперь это делает Хидэо Наката в «Тёмных водах». Дождь здесь становится настолько постоянным спутником главных героев, что от него невозможно скрыться — даже в доме потоки воды будут эффектно литься с потолка, не давая Ёсими найти спокойное пристанище и лишая её дома. У Куросавы дождь шёл в мужском мире, в котором для женщины места практически не было. Наката же, наоборот, показывает мир глазами женщины, матери, и этой женщине трудно в нём выжить. Она практически брошена на произвол судьбы — абсолютное большинство мужчин в фильме или враждебно настроены или не способны помочь (даже адвокат, который принимает живое участие в бытовых проблемах Ёсими). Вывод фильма Хидео Накаты трагичен — современная жизнь слишком жестока по отношению к слабому полу. Касается это не только Ёсими, но и двух девочек: Икуко и когда-то пропавшей в этом же детском саду Мицуко (Мирэй Огути). Главная беда героинь — не только и не столько жесткость и безразличие мужчин, сколько отсутствие материнской любви. В условиях современного темпа жизни образуется огромное количество недолюбленных или просто обделённых родительским вниманием детей. Ещё Ёсими вынуждена была подолгу ждать родителей в детском саду. Уже выросшая Ёсими искренне любит свою дочь, но бытовые условия не позволяют ей быть с Икуко столько, сколько этого требует душа. Работа отнимает все силы, угроза потери родительских прав не даёт возможность прямо сейчас поменять квартиру в этом страшном доме. Что касается пропавшей Мицуко — то там нехватка любви была настолько сильной, что это переполнило чащу терпения богов.
Вверх-вниз, вперёд-назад — геометрия пространства «Тёмных вод» изобилует ортогональными векторами, которые складываются в большую клетку, по которой мечется Ёсими. Туда-сюда бегают герои по серому и безликом коридору серого и безликого дома, заливаемого небесными водами и снаружи и изнутри, вверх-вниз ездят они на влажном, призрачном лифте — со своего третьего этажа на четвёртый, где находится пустая протекающая квартира, с четвёртого — на седьмой, где можно выйти на крышу и где раз за разом возникает красная сумка. Она является едва ли не единственным ярким и жизнерадостным пятном в пастельном приглушённом мире сезона дождей. И она же является символом неведомой угрозы. Хидео Накате удаётся найти тонкий баланс между живыми бытовыми сценами, в которых мы видим нежную и потерянную Ёсими в теплом свете ламп на фоне пасмурного неба за окном, и исподволь нарастающим саспенсом, который складывается из мелочей — тень в лифте, новое появление красной сумочки, угрожающее всегда влажное пятно на потолке, которое медленно увеличивается в размерах, вечные лужи на полу и падающие сверху капли, которые в итоге превратятся в бушующие потоки мутной воды, обезличивающие и без того обезличенных и одиноких жителей современного мегаполиса.