D — Democracy

В электричке две старушки затеяли бесконечный спор, открывать окно или нет. Одна настаивала на том, что окно должно быть открыто, или она задохнется. Другая требовала, чтобы окно оставили закрытым, иначе она простудится. Наконец ошалевший от шума мужик, сидевший рядом, предложил своему попутчику:
— Давай-ка сначала откроем окно, и пусть одна заболеет и умрет. Потом мы окно закроем, и тогда вторая задохнется.

Так вот в парижских автобусах висит замечательное объявление: «Вы можете открывать или закрывать окна в соответствии с вашим желанием. Но в случае спора приоритет имеет тот пассажир, который хочет закрыть окно».

Ремонт кувалдой

С воспетым в русском фольклоре ремонтом с помощью кувалды я столкнулся в жизни один единственный раз. На заре туманной юности я работал системным администратором в небольшой фирме. Как-то раз руководство решило поставить на основную дверь в офис видеодомофон. Так как домофон имеет экран, то, разумеется, поручили задачу мне. Я нашёл какую-то фирму и буквально на следующий день приехал мастер. Внешне похож он был на актёра Алексея Горбунова как брат родной. Очень говорливый и суетливый, он долго-долго ставил домофон, тянул провода, крепил магнитный замок, пару раз бегал в машину за инструментами — старый Москвич с какими-то причудливыми самодельными антиугонными устройствами. В итоге к вечеру всё закончил и уехал.
На следующий день выяснилось, что реально дверь работает через раз — то не закроется (магнит не сработает), то наоборот не откроется с первого раза. Короче говоря, невозможно пользоваться. Делать нечего — позвонил опять фирме, попросил прислать мастера. Прислали другого — маленький молчаливый мужичок всего минуту потратил на осмотр двери и задал один вопрос: «Кто ставил?». Я назвал имя. «А! Этот! Этот может!» — с вызовом ответил мастер №2. Затем ушёл в машину и мгновенно вернулся с натуральной кувалдой. Нанёс один единственный мощный удар в косяк двери и гордо удалился со словами: «Теперь всё будет нормально».

Kubrick on Eisenstein

Кубрик об Эйзенштейне одной фразой:
«Эйзенштейн — это форма без содержания. Чаплин — это содержание без формы».

Eisenstein is all form and no content, whereas Chaplin is content and no form.

Excerpted from «The Film Director as Superstar» (Doubleday and Company: Garden City, New York)
Copyright ©1970 Joseph Gelmis, All Rights Reserved

Star Ward tricks

Посмотрите, пожалуйста, внимательно вниз на ноги Кэри Фишер. Её разница в росте с Харрисоном Фордом (у них, кстати, был роман на съёмках) составляет ровно 30 см. Поэтому на съёмках непрерывно использовались ящики, так называемые в кино «ящики для яблок» (Apple Box), особенно, конечно, на крупных планах, где на широкоэкранном кадре две головы должны были находиться вровень.

Мольер бессмертен

Г-н Журден: Когда я говорю: «Николь, принеси мне туфли и ночной колпак», это проза?
Учитель философии: Да, сударь.
Г-н Журден: Скажите на милость! Сорок слишком лет говорю прозой — и невдомек! Большое вам спасибо, что сказали.
В только что проведённом опросе ВЦИОМ среди россиян Толстой занял 5-е место среди «самых великих поэтов мира». Достоевский скромно занял 9-е, обогнав Цветаеву и Бродского.

Peter Sellers talking to God

Однажды в три часа ночи, после тяжёлого съёмочного дня «Розовой пантеры», режиссера Блейка Эдвардса разбудил звонок от Питера Селлерса. «Я только что разговаривал с Богом!» — воскликнул актёр. «И он сказал мне, как это над сделать!»
На следующий день Селлерс попросил Эдвардса включить камеру, отыграл заново вчерашнюю сцену и с улыбкой на лице спросил: «Ну, как?»
«Питер, — ответил режиссёр, — в следующий раз, когда будешь разговаривать с Богом, скажи ему, чтобы он держался подальше от шоу-бизнеса!».
Селлерс обиделся и ушёл со съёмочной площадки на весь оставшийся день.

«Если бы он не был Питером Селлерсом, он закончил бы свои дни в сумасшедшем доме,» — признавался Эдвардс.

Early porno

Относительно известна история о том как Стэнли Кубрику, ценителю порнофильма «За зелёной дверью», предлагали снять высокобюджетный порнофильм, но он отказался, не увидев в этом искусства.
Куда интереснее, что Жану Ренуару еще в 1927 году (!) одна обеспеченная бандерша из Ниццы предлагала реализовать свои таланты на съёмках порнофильма, и даже показала пример, в котором, впрочем, будущий прославленный режиссёр с разочарованием отметил полное отсутствие эротизма и отказался работать в этом направлении.
Надо сказать, что до войны порноиндустрии как таковой не существовало в принципе. Из-за сложностей со съёмками, распространением и показом, в частности из-за опасности нитратной плёнки, потребителями порнофильмов были богатые частники и, действительно. бордели, которые как маленькие киностудии со своими актёрами снимали фильмы «для внутреннего пользования».

Crossword films

Нашёл у Роджер Эберта в одной из рецензий чудесное определение: «The film is like a crossword puzzle. It keeps your interest until you solve it. Then it’s just a worthless scrap with the spaces filled in.».
«Фильм-кроссворд» — фильм, который интересен, пока ты его смотришь, но он превращается просто в бесполезный набор заполненных квадратиков, когда заканчивается. Изначально писалось про «Основной инстинкт», но я думаю, что это куда больше подходит для «Обыкновенных подозреваемых» или «Шестого чувства». Фильм Верховена, как известно, был одним из самых пересматриваемых фильмов на VHS.

Orwell on Greene

И сразу ещё цитату Оруэлла о Грэме Грине, которого он не любил: «Кажется, он разделяет идею, которая распространялась со времён Бодлера, что есть что-то скоре distingué (изысканное) в том, чтобы быть проклятым; Ад — это вид ночного клуба для высшего общества, вход в которой зарезервирован только для Католиков».

Jane Russell

Оказывается, у Джейн Расселл, ради которой Говард Хьюз отвлёкся от самолётов и стал придумывать новый тип пуш-ап лифчика без бретелек (его можно видеть во второй сцене «Головокружения» Хичкока), было очень лаконичное прозвище в киноиндустрии — «Бюст».