“Nagaya Shinshiroku”, 1947. Первый фильм Одзу после войны

Nagaya shinshiroku 1947
Местом действия фильма Ясудзиро Одзу “Рассказ домовладельца” становится бедный дом, населённый одинокими людьми. Как-то вечером один из обитателей — предсказатель Таширо (Тисю Рю) приводит домой одинокого мальчика по имени Кёхей (Хохи Аоки), которого подобрал на улице. Таширо и его сосед по комнате не хотят держать у себя мальчика и они отдают его на ночь соседке — вдове Тане (Токо Иида). Она в свою очередь пытается его к кому-нибудь пристроить, но у неё ничего не выходит. Ночью мальчик писается и портит вдове хороший матрас. Она отводит его в соседнее селение, откуда, видимо, мальчик родом, но там вдове говорят, что дом мальчика сгорел, а его отец уехал на заработки в Токио. Вдова решает, что отец бросил мальчика, и сама пытается обманом от него убежать. Кёхей догоняет вдову и та берёт его к себе домой. Несмотря на молчаливость и угрюмость мальчика, вдова проникается к нему — водит его в зоопарк, покупает новую одежду. Через неделю появляется отец мальчика, который просто потерял его в толпе, и забирает Кёхея. Вдова плачет — она осознала страшный эгоизм себя и своих соседей и задумалась об усыновлении ребёнка. Заканчивается фильм кадрами с толпой курящих беспризорников у памятника Сайго Такамори в Токио.

Nagaya shinshiroku 1947
Социальный посыл этого короткого фильма Ясудзиро Одзу направлен на восстановление разрушенной войной Японии, в которой множество людей потеряло кров, а дети, потерявшие родителей, оказались на улице. Как всегда бывает у Одзу, нравоучение спрятано за простой бытовой историей, рассказанной с неизменным изяществом. Хорошие, на первый взгляд, люди с улыбкой спихивают друг другу ребёнка. В итоге вдова берёт его к себе только тогда, когда перепробовала все способы от него избавиться вплоть до угроз физического насилия. И лишь через несколько дней она проникается к нему чувством, близким к материнской любви. Одзу показывает, что у нации, искалеченной войной, даже такие основополагающие вещи, как родительский инстинкт, атрофирован. Только после нескольких дней труда и забот в главной героине просыпается любовь. Примечательно, что Кёхей практически не произносит ни одного слова за весь фильм. Его молчаливость и спокойная упрямость превращают мальчика почти в символ. Интересно, что в этом фильме идёт речь фактически о создании семьи, в то время, как большинство фильмов Одзу посвящены как раз распаду семьи в том или ином виде.

Nagaya shinshiroku 1947

«Chichi ariki», 1942. Личная драма Ясудзиро Одзу

Chichi ariki 1942 Yasujiro Ozu
«Был отец» Ясудзиро Одзу — история вдовца Сёхэи Хорикавы (Тисю Рю). Вскоре после смерти жены его постигло ещё одно несчастье — во время экскурсии погиб один из его учеников. Потрясённый, Сёхэи навсегда покончил с профессией учителя и уехал из Токио вместе со своим маленьким сыном Рёхэи (Судзи Сано) к себе на родину, в провинциальный городок. Здесь он оставил сына в интернате и вернулся в Токио, где нашёл себе работу, которая позволила бы ему оплатить обучение сына сначала в интернате, а затем и в университете.
Через много лет Рёхэи стал учителем. Рёхэи мечтает жить с отцом, но Сёхэи просит сына выполнять свой долг в провинциальном городке, где очень нужны хорошие учителя. Однако, отец с сыном проводят вместе неделю в Токио. В конце недели Сёхэи умирает. По его просьбе, Рёхэи женится на Фумико (Мицуко Мито) дочери старого коллеги отца по школьной работе (Такэси Сакамото) и обещает жене перевезти её отца к ним в дом, чтобы не разбивать семью.

Chichi ariki 1942 Yasujiro Ozu
Околовоенный период — время малокартинья для Одзу — всего две картины за десять лет. «Был отец» — выстраданная картина, снятая под впечатлением от недавней смерти отца режиссёра. На этой картине Одзу закрепляет свой уникальный стиль, возникший уже в первом его звуковом фильме «Единственный сын»: крайне сдержанная актёрская игра, статичная камера, съёмка с высоты 50 см, минимум музыки, использование в диалогах обратной точки вместо восьмёрки. На уровне сюжета Одзу удивительно точно выбирает моменты из жизни героев, которые он показывает. Перед глазами зрителя за 83 минуты пролетает двадцать лет жизни, и в конце фильма чётко понимаешь, что Одзу выбрал из этих двадцати лет тот десяток эпизодов, которые имеют принципиальное значение в их биографии, и практически только во время этих сцен, герои фильма живут настоящей жизнью. Не зря Рёхэи в конце фильма говорит, что из 25 лет своей жизни он больше всего ценит ту неделю, которую он прожил с отцом. Тема разлуки близких людей всегда будет центральным мотивом творчества режиссёра. В данном случае зрителю предложена история разлуки отца и сына. Сын до весьма зрелого возраста хочет жить вместе с отцом, а тот ему отказывает. Причём отказывает по двум причинам: во-первых, таким образом Сёхэи наказывает себя за смерть ученика, а во-вторых, Сёхэи считает, что каждый должен делать то, что должен и идти своей дорогой. Потеря молодым поколением основополагающего чувства долга — ещё одна важная для Одзу тема.

«Banshun», 1949. Ясудзиро Одзу рассматривает проблему отцов и дочерей

Banshun 1949 Yasujiro Ozu
Неожиданно пришлось нарушить относительно строгий порядок просмотра и вернутся ненадолго в сороковые годы.
«Поздняя весна» Ясудзиро Одзу предшествует «Токийской истории» и также посвящена проблемам внутрисемейных отношений. «Поздняя весна» гораздо более камерный фильм. В фильме всего два героя — 56-летний вдовый профессор Сюкити (Тисю Рю) и его 27-летняя дочь Норико (Сэцуко Хара). Фабула предельно проста. Норико упорно не хочет выходить замуж, так как во-первых, очень счастлива со своим отцом, а во-вторых, считает, что отец без неё не сможет нормально жить из-за своей рассеянности и неприспособленности (Сюкити не гладит рубашки, не умеет варить рис, не бреется без напоминания). Первая треть фильма проходит в изображении полного счастья Сюкити и, особенно, Норики. Постепенно на девушку начинает давить тётя Маса (Харуко Сигимура) и подруга Ая (Юмэдзи Цукиота). Они убеждают Норику выйти замуж. Самой Норике какое-то время нравилось гулять с одним из учеников отца без мыслей о браке, но он женился, что положило конец совместному проведению досуга. Норико уходит в себя, становится раздражительной. Предел наступает, когда отец с улыбкой говорит ей, что сам хочет жениться, чтобы за ним кто-нибудь ухаживал. Лишь дрожь левой стороны носогубного треугольника выдаёт его ложь. Норико потихоньку смиряется с предстоящим замужеством и знакомится с женихом, сосватанным ей тётей. Отец с дочерью проводят прекрасную поездку в Киото. Это последние их дни вместе. Между ними происходит ещё один откровенный разговор, в котором Сюкити объясняет дочери, что она не может всю жизнь за ним ухаживать, она должна создать семью и попытаться полюбить своего мужа, как её мать со временем сжилась с Сюкити. Норико просит у отца прощение за свой эгоизм. После свадьбы (жених, что интересно, в кадре так ни разу и не появится) отец приходит в опустевшую комнату дочери и впервые в фильме садится в её европейское кресло (до этого Сюкити сидел только на татами). Он чистит яблоко, низко опустив голову.

Banshun 1949 Yasujiro Ozu
Ясудзиро Одзу, напоминаю, не случайно поднял такую тему — он сам всю жизнь прожил с матерью и не женился. «Поздняя весна» по стилю практически не отличается от «Токийской истории», разве что повествование более ровное. Та же отстранённость, те же низкие углы камеры, пытающиеся передать мир глазами человека, сидящего на татами. Одзу увлекается и снимает с земли даже некоторые экстерьерные сцены. Достаточно вольный по европейским меркам монтаж в разговорах, из которых состоит большая часть фильма, сводится к чередования общих планов говорящих с низкого угла и крупных планов героев, говорящих прямо в камеру. Фильм медлителен, как пьеса «Но» театра кабуки, которую посещают герои. Развитие сюжета исключительно медленное. Множество диалогов, порой на незначительные темы, постепенно создают общую картину и приводят к разительным изменениям в характере Норики. Автор создаёт атмосферу буквально по крупицам, настолько лаконичен его стиль. В первой половине фильм много, по меркам Одзу, лирических отступления, красот природы, весёлой музыки. Эти кадры и звуки постепенно стихают, сообразно тому, как мрачнеет Норика, когда понимает, что должна расстаться с таким огромным для неё счастьем, как жизнь с собственным отцом. Весёлая Норика и вечно улыбающийся сутулый Сюкити создают прекрасную экранную пару. Эта драма Норики снята с большой авторской любовью, она наполнена какой-то светлой сентиментальностью и лиризмом.

«Tokyo Monogatari», 1953. Японский взгляд на проблему отцов и детей

Tokyo Monogatari 1953 Yasujiro Ozu
«Токийская повесть» Ясудзиро Одзу рассказывает о путешествии многодетных пожилых супругов Сюкиси (Тисю Рю) и Томи (Тиэко Хигасияма) Хираяма к своим детям в Токио. Сначала они приезжают к сыну Койти (Со Ямамура). Он работает врачом, воспитывает двоих мальчиков. Старший сын Койти по имени Минору постоянно ворчит и конфликтует с родителями. К сожалению для стариков, Койти на весь день уходит по срочному вызову, и не может показать своим родителям Токио. Минору злится, что не пошёл гулять. Томи идёт гулять с младшим внуком Исаму и с радостью смотрит, как он играет в траве. От Койти старики направляются к дочери Сигэ (Харуко Сугимура). Мрачная и меркантильная Сигэ дрежит парикмахерскую. Она не хочет бросать работу ради родителей и перепоручает их Норико (Сэцуко Хара), вдове ещё одного сына Сюкиси и Томи — Сёдзи. Норико отпрашивается с работы и заботливо устраивает гостяи экскурсию по Токио. За ужином они втроём вспоминают Сёдзи и с улыбкой обсуждают алкоголизм Сюкиси и Сёдзи. Не имея возможности, уделить хоть сколько-нибудь внимания родителям, Сигэ и Койти отправляют их на курорт. Сюкиси и Томи не выдерживают шума в гостинице и возвращаются в Токио. Понимая, что они нежеланные гости в домах детей, Томи отправляется ночевать к Норико, а Сюкиси идёт к своему старому другу Хаттори, с которым вечером сильно напивается. Перед отъездом домой Норико даёт Томи деньги.
В поезде Томи внезапно становится плохо. Сюкиси и Томи делают вынужденную остановку в Осаке, где живёт их третий сын Кейдзо. Сюкиси и Томи обсуждают своих детей. Они не очень ими довольны, но утешают себя мыслью, что их дети всё-таки лучше большинства других людей. По прибытии домой, где Сюкиси и Томи жили вместе с незамужней дочерью Кёко, Томи резко становится плохо. Сигэ и Койти успевают застать мать живой, а вот Кейдзо опаздывает. Во время заупокойной трапезы Сигэ начинает делить вещи матери. Кёко и Норико обсуждают эгоизм других детей Томи. Добрая Норико ищет им оправдание. Сюкиси благодарит Норико за её заботу и участие, которое он не нашёл у своих родных детей, и просит Норико обязательно постараться выйти замуж. Сюкиси стоически готовится к предстоящему одиночеству, когда выйдет замуж Кёко.

Tokyo Monogatari 1953 Yasujiro Ozu
Одзу снимает драматичную историю о разрушении связи между поколениями в послевоенной Японии максимально отстранёно, с тем же философским спокойствием и грустной улыбкой, с которыми взирают на своих детей пожилые Сюкиси и Томи, захотевшие подвести итог своей долгой жизни и посмотреть, во что превратились их дети. Максимально статичная камера, поставленная на уровень глаз сидящего на татами человека и делающая зрителя соучастником действия, выхватывает какие-то бытовые разговоры Сюкиси и Томи с детьми, не заботясь о монтажных переходах и временном ритме. Лишь изредка он позволяет себе сделать краткие лирические отступления и, например, полюбоваться природой. Ясудзиро Одзу прекрасен в своём мягком созерцательном подходом к бытовой драме. Режиссёр не расставляет в кадре и за его пределами практически никаких акцентов, а из уст персонажей мы слышим совершенно разные трактовки действий детей Сюкиси и Томи. Одзу пытается представить проблему максимально объективно. Сам режиссёр свой выбор в такой ситуации сделал — он практически до конца дней жил один со своей матерью.