Народное французское развлечение — любительские блошиные рынки, так называемые vide-greniers. В США это называется гаражная распродажа, а во Франции в дословном переводе получается чердачная распродажа. Vide-greniers принципиальное отличаются от профессиональных блошиных рынков (la brocante) именно тем, что здесь в основном торгуют обычные люди, а не профессионалы антиквариата. Если блошиные рынки находятся в конкретных местах и работают постоянно (рынок в Сент-Уэне, рынок на площади Алигр, букинистический рынок возле парка Жоржа Брасана), то vide-greniers проводятся нерегулярно. Призваны они не только помочь французам, который столетиями ничего не выбрасывают (вы же помните мой рассказ о парижских подвалах?), извлечь выгоду из накопившегося барахла, но и оживить внутриквартальную жизнь. В разных округах Парижа периодически выделяются отдельные улицы под чердачные распродажи. Каждый желающий (приоритетом пользуются местные жители) может заплатить пару десятков евро за возможность разложить на столиках свои вещи. Желающий набирается много — порой встречаются почти километровые ряды торговцев, окружённых толпой покупателей. Конечно, встречается целенаправленная торговля одеждой или дисками (Cd, винил), но большинство действительно выкладывает всё подряд — от антикварных ружей до голов кабанов, от семейных фотографий позапрошлого века до икеевской б/у посуды. Какой-то столик будет завален детскими машинками, какой-то — выглядеть так, словно владелец ограбил запасники музея Бранли (столик с африканскими масками). Разброс цен на антиквариат огромный — от 5€ за книгу конца XVIII века до 1500€ за книгу того же периода.
Метка: France
Rue de l’abbé de l’épée
В Париже есть улица с интересным названием — улица, название которой буквально звучит «улица аббата меча». Название ещё и красиво фонетически ибо представляет собой строку трёхстопного дактиля. На самом деле никакой фехтовальщик в сутане типа Арамиса тут ни при чём — де л’Эпе — это фамилия основателя первой во Франции школы глухих. Русский аналог фамилии будет, видимо, Шпагин. Во французском меч и шпагу называют одним словом — l’épée.
Viols en France
«Во Франции изнасилование происходит каждые 7 минут». Весь город оклеен подобными сообщениями на тему прав женщин. Конкретно эту надпись клеили пять старшеклассниц сразу после школы. Правда, по официальной статистике одно изнасилование приходится на каждые 23 минуты (22900 в год). Во Франции лишь в 1980 году серьёзно пересмотрели соответствующую статью уголовного кодекса, увеличив наказание и расширив применение. Реально даже после введения в УК максимального 30-летнего наказания, большинство дел до уголовного суда не доходят. В 2006 году приняли закон, по которому нахождение жертвы и насильника в браке является отягчающим обстоятельством, никакой «брачной презумпции согласия» больше нет.
Проблема для Франции, судя по высокой статистике, довольно острая, и, видимо, не случайно возникло в начале XXI века направление в кино «новый французский экстрим», тяготеющее к полупорнографичным историям о насилии (Гаспар Ноэ), а прекрасный фильм «Она» Верховена получил 11 номинаций на премию Сезар и был назван фильмом года.
Paris WC
В Париже почти везде можно встретить удобные бесплатные автоматические уличные туалеты (больше 400 по всему городу), но также встречаются и куда менее технологичные решения, рассчитанные преимущественно на мужчин — это Уритротуары (uritrottoir), уличные писсуары. Они куда более редки и существуют в единичных количествах. Восприняты они были в Париже со смешанными чувствами и в частности уритротуар на острове св. Луи, недалеко от собора Нотр-Дам, стал жертвой вандализма феминисток в 2018 году. «Женщина достаёт грудь, чтобы покормить ребёнка, – её просят прикрыться. Мужчина достаёт член, чтобы помочиться — он субсидируется мэрией. Нет х… на публике!». Впрочем, красные ящички всё-таки прижились в разных городах Франции, ибо действительно помогают сделать улицу чистой и сэкономить кое-где на мойке. Более того — моча, впитанная абсорбентом, используется для производства компоста, который, в свою очередь, питает зелень на верху писсуара.
В одном единственном месте Парижа, на бульваре Араго, сохранился уникальный старый писсуар, носящий название Веспасьен (vespasienne) в честь римского императора Веспасиана, который прославился не только тем, что заложил Колизей и разрушил Иерусалимский храм, но также ввёл налог на туалеты («Деньги не пахнут»).
Paris IKEA
Замечательное и совершенно неожиданное удобство Парижа заключается в том, что практически в самом центре города, в двух шагах от площади Согласия, оригинальную церковь Мадлен окружают сразу три больших магазина домашнего хозяйства: Darty, Leroy Merlin и даже IKEA.
Чтобы понимать уровень этого квартала: за соседним углом находится штаб-квартира Chanel (31 rue Cambon), в паре сотен метров — секретный отель Le No Adress для знаменитостей уровня Леонардо Ди Каприо (7 rue Tronchet), прямо над входом в Darty — икорный ресторан Caviar Kaspia.
Для меня это удивительно, если учесть, что в Москве много лет нет не было магазина IKEA не то что в центре, а даже в черте города.
P. S. Справедливости ради, это, насколько мне известно, единственный магазин шведского мебельного гиганта в Париже.
France cell number
Моё взаимодействие с французской системой сотовой связи началось несколько лет назад, когда я впервые приехал во Францию дольше чем на неделю. В первом попавшемся торговом центре в городе Валансьен, первом крупном населённом пункте сразу после Бельгийской границы, я наугад, выбирая между операторами SFR и Bouygues, выбрал Bouygues и купил две предоплаченные Сим-карты. Заняло это в общей сложности почти полтора часа времени, зато я получил два местных номера. Система предоплатных карт позволяла в зависимости от необходимости положить 10 или 20 евро и получить 10/30 дней безлимитных звонков во Франции, десяток минут международных звонков и 1/2 гигабайта интернета. Это было ощутимо дешевле, чем любой роуминг от российского оператора. Тем более, что в крупных городах Wi-Fi есть почти на каждом углу, а звонить теперь, к счастью, можно с помощью интернета.
Более того, как я потом узнал мне очень повезло — у главных на тот момент конкурентов Bouygues — SFR и Orange — линия, активированная по подобной предоплатной карте, которую может купить любой турист, активна 6 месяцов со дня последней активации, а у Bouygues — ровно год. Это было очень удобно, тем более, что раз в год я всё равно посещал Францию — купил перед выездом код через сайт, в аэропорту вставил сим-карту, активировал код и voila! Пауза больше года возникла один раз — из-за ковида я не поехал в Канны.
Сейчас, благо французская система позволяет, я, сохранив номер, перешёл уже на постоянный тариф с ежемесячной оплатой к другому оператору. Заняло это в общей сложности дней десять, но я уже привык к некоторой медлительности местных организаций.
Тут довольно забавная по сравнению с Россией система тарифов — полдюжины операторов, которые придумывают новые акционные тарифы чуть ли не каждые две недели. Разумеется, половина из них предлагает низкую цену только в первые полгода, а дальше абонентская плата кратно возрастает. Кроме того, если в России, например, у того же МТС минимальный пакет интернета равен 5 гигабайтам, а здесь разрыв сильно больше — или 200 Мб, или сразу 30-50 Гб. Ну, и безлимитного 3G интернета я не нашёл.
SDF
Во Франции есть аналог русской аббревиатуры БОМЖ — SDF (sans domicile fixe). Это широкое понятие, под которое попадают, например, формально люди, живущие в отеле или приюте больше 6 месяцев. В общей сложности их во Франции около 200000. Отдельно из SDF выделяются уличные бездомные, клошары, которые официально зовутся Sans-abri (без крова). Половина всех французских бездомных живёт в регионе Иль-Де-Франс, это Париж и его пригороды, так называемая «Малая корона». Часть ночует где придётся — в метро на лавочках или на улице прямо на вентиляционных решётках. С другой стороны есть бездомные с вполне постоянным местом жительства — они разбивают палатки на вполне определённом месте (обычно под мостами, наземными ветками метро и путепроводами, но есть исключения) и подолгу живут там, обзаводясь потихоньку мебелью, и даже цветами.
С мебелью, кстати, здесь проблем нет — на парижские улицы регулярно выставляются старые кровати, стулья, столы и матрасы, которые хозяева не хотят выбрасывать на помойку.
L’origine du monde
В музее д’Орсе в очередной раз перевесили самую скандальную картину — «Происхождение мира» Гюстава Курбе. Если пару лет назад бесстыдно раздвинутые ноги натурщицы встречали посетителей прямо в центре небольшого зала, и пройти мимо было невозможно, то теперь картину повесили в очень маленькой проходной комнате вместе с остальными «ню» художника. Причём картина висит в торце, прямо у входной двери, и попадается на глаза довольно неожиданно. Европейцы не реагируют — привыкли уже, а вот японки никак не могут сдержать удивление и почти каждый раз сдавленно ойкают.
Кстати, в соседнем зале, фактически в трёх метрах от полотна Курбе идёт школьная экскурсия. И никому в голову не приходит вывесить на дверях прославленного музея красные цифры 18+ и перестать пускать детей (их тут действительно много). Здесь в принципе не страдают излишним ханжеством — например, в десять вечера дети с пасхальными зайчиками вполне могут мило идти по бульвару Клиши — бывшему кварталу красных фонарей, в котором после запрета во Франции проституции остались одни клубы и секс-шопы с выразительными витринами.
La Cave
Не знаю, как в других городах Франции, но парижане очень любят погреба (la cave). Это живое наследие прошлого — даже в некоторых новых домах подвальный этаж нарезан на индивидуальные отсеки (2-4 кв. м.) для хранения всяких громоздких вещей. Действительно актуально для Парижа, где множество квартир-студий, маленьких комнат, и даже можно найти отдельную квартиру общей площадью 6 квадратных метров.
Как-то раз, во время просмотра очередной квартиры, мы спустились с хозяйкой в подвал, посмотреть на погреб. Рядом в стене в неизвестность уходил сводчатый каменный проход высотой в метр.
— Это, наверное, вход в катакомбы, — решил пошутить я.
— Да, это вход в катакомбы, — очень буднично, словно не заметив иронии, ответила хозяйка.
Это был 15-й округ, до туристического официального входа в катакомбы — всего 2 км по прямой.
France banking system
Во Франции явно всё в порядке с банками — здесь невозможно существовать, не имея банковского счёта, и, видимо поэтому, банки не особенно бьются за клиента. Когда приходишь в банк заводить счёт, у тебя берут отсканировать документы, а потом радостно сообщают, что готовы назначить рандеву через неделю — когда будет свободное окно у сотрудника, который занимается открытием счетов. Потом выясняется, что квартира, снятая через AirBnb не годится в качестве домашнего адреса и в итоге работу по заявлению переводят в другой офис в другом районе Парижа, а значит, снова надо назначить рандеву. Затем банк впадает в ступор от страны рождения — URSS. Визовый центр Франции всегда строго просит указывать только существующую страну на данный момент — то есть Russie. Банк же Russie не принял, поменял на URSS, а потом позвонил и попросил подъехать, заново подписать документы. Зачем? Затем, что URSS заменили на U.R.S.S.
Да, и пластиковую карту пришлют по обычной почте, а потом отдельным бумажным письмом пришлют к ней пинкод. Короче говоря, в общей сложности почти три недели прошло от момента захода в банк до момента, когда, наконец, можно было пользоваться картой.