С воспетым в русском фольклоре ремонтом с помощью кувалды я столкнулся в жизни один единственный раз. На заре туманной юности я работал системным администратором в небольшой фирме. Как-то раз руководство решило поставить на основную дверь в офис видеодомофон. Так как домофон имеет экран, то, разумеется, поручили задачу мне. Я нашёл какую-то фирму и буквально на следующий день приехал мастер. Внешне похож он был на актёра Алексея Горбунова как брат родной. Очень говорливый и суетливый, он долго-долго ставил домофон, тянул провода, крепил магнитный замок, пару раз бегал в машину за инструментами — старый Москвич с какими-то причудливыми самодельными антиугонными устройствами. В итоге к вечеру всё закончил и уехал.
На следующий день выяснилось, что реально дверь работает через раз — то не закроется (магнит не сработает), то наоборот не откроется с первого раза. Короче говоря, невозможно пользоваться. Делать нечего — позвонил опять фирме, попросил прислать мастера. Прислали другого — маленький молчаливый мужичок всего минуту потратил на осмотр двери и задал один вопрос: «Кто ставил?». Я назвал имя. «А! Этот! Этот может!» — с вызовом ответил мастер №2. Затем ушёл в машину и мгновенно вернулся с натуральной кувалдой. Нанёс один единственный мощный удар в косяк двери и гордо удалился со словами: «Теперь всё будет нормально».
Месяц: Сентябрь 2021
M — Myth
Один из самых удивительно устойчивых мифов о Наполеоне, который существует в России, — это ношение императором треуголки. Я не берусь объяснить, откуда такие сложности со счётом до трёх, но шляпа Наполеона носит во Франции название бикорн (двууголка). Более того, если почитать русские версии западных СМИ (BBC), то там терминология будет правильная. А французское СМИ RFI в русскоязычной статье о покупке на аукционе очередной шляпе императора вынуждено было даже оговориться: «Головной убор Наполеона, чаще всего называемый «треуголкой»».
Треуголка — это то, что вы видите на второй картине, на портрете Фридриха Великого.

Kubrick on Eisenstein
Кубрик об Эйзенштейне одной фразой:
«Эйзенштейн — это форма без содержания. Чаплин — это содержание без формы».
Eisenstein is all form and no content, whereas Chaplin is content and no form.
Excerpted from «The Film Director as Superstar» (Doubleday and Company: Garden City, New York)
Copyright ©1970 Joseph Gelmis, All Rights Reserved
China town geometry

Несколько забавных фактов о Голливудских мэйджорах.
1. Сэмюэль Голдвин никогда не работал и не был связан с со студией, носящей его имя — Metro-Goldwyn-Mayer.
2. Уильям Фокс никогда не работал и не был связан со студией, носящей его имя — XX Сentury Fox.
3. Луис Мейер не был владельцем студии, носящей его имя — Metro-Goldwyn-Mayer.
4. Из всех мэйджоров «Голливуда», в Голливуде географически сейчас находится только Paramount.
5. Фамилия братьев Уорнер — Вонсколасер (Гирш, Аарон, Шмуль и Ицхак).
Mank

Star Ward tricks

Shining framing

Парижская сказка
Одно из самых сказочных мест Парижа — тоннель заброшенной кольцевой железной дороги в парке Монсури. В летнюю пору надёжно скрыт от глаз глухими зарослями.

Особенности французского прононса
Когда начинаешь учить французский, поначалу сталкиваешься со сложной, на первый взгляд, системой произношения. В слове «птица» (oiseau) все буквы написанные и произносимые поменялись местами: eau читается как «о», а oi как «уа», а s как «з». Потом быстро привыкаешь, и проблем не возникает, ибо исключений совсем не много. Это не английский с одной из самых сложных систем фонетической записи в мире (есть чудесная шутка о слове fish, которое можно было записать как ghoti, если бы в английском были абсолютно устойчивые правила чтения — ведь gh читается как f в слове enough и и. д.).
Короче говоря, к фонетике французского быстро привыкаешь и тут начинается второй весёлый этап — правила чтения иностранных имён собственных. Дело в том, что ленивые французы просто берут оригинальное написание на латинице и читают его по своим правилам произношения. К Ичкоку и даже Оуксу я привык быстро (французы никогда не произносят букву h), а вот привыкнуть, например, к тому, что Мурнау превратился в Мюрно было гораздо сложнее. На бумаге-то изменений никаких, а вот со слуха порой сразу понять, о ком идёт речь, трудно.
Ещё французы часто придумывают фильмам свои названия, а не переводят оригинальные, но это уже другая история: то, что французы сотворили с фильмографией Форда, просто уму непостижимо. Каждому второму фильму придумано из головы новое название: «Пленница пустыни» и «Китайская граница» вместо Искателей и Семи женщин. Линкольн исчез из названия фильма Молодой Линкольн, зато появился во французском названии Узника острова акул и т. д.